«На дне водоёмов Петербурга и области лежат если не тысячи кораблей, то сотни»

ГОРОД
Исследователь Роман Прохоров провёл под водой примерно шесть тысяч часов. Если сложить их вместе, получится практически целый год жизни. Каждое его погружение с аквалангом приближает историков к разгадкам кораблекрушений. Роман представитель редкой профессии — водолаз-археолог. Его рабочий инструмент — подводный пылесос. С помощью этого устройства сантиметр за сантиметром он очищает от ила и песка корпуса старинных кораблей. В 176-ой день рождения Российского географического общества говорим с представителем Центра подводных исследований.
Роман рассказал о сенсационных находках и о том, где спрятана карта затонувших кораблей, трюмы которых полны настоящих сокровищ. Правда, добыть эти самые сундуки не так-то просто. И одного подводного пылесоса тут недостаточно.
Какое самое серьезное открытие вы сделали под водой?

Думаю, это «Архангел Рафаил». Его мы откапывали семь лет. Торговое судно затонуло в 1724 году в водах Финского залива. На сегодняшний день это, пожалуй, самый древний корабль, который нам удалось обнаружить близ Петербурга. Конечно, хотелось бы что-то более раннее. Ведь история мореплавания уходит вглубь веков. Зато это самое полное открытие, где мы досконально изучили всё. Настоящей сенсацией стали священные писания, найденные нами среди уцелевших вещей экипажа. Сразу стало понятно, что это религиозный текст на немецком языке. Превосходно сохранились не только сами печатные листы, но и кожаная обложка. Книги замыло в ил, и получился такой эффект консервации. Правда, бумага была другого качества. Её делали из льна, тряпок. Современная бумага такого испытания водой и временем, скорее всего, не выдержит — её делают из древесины.
Моряки исправно молились, но, грешным делом, загрузили на борт контрабанду. Это правда, что вы со дна подняли улики этого преступления?

Тогда уже существовали и таможенные сборы, и таможенная служба. Надо было платить за ввоз-вывоз товара. Во все времена люди находили нелегальные способы заработать денег и обойти правила. Заявлялся один груз, потом корабль отходил в определенное место, и на него уже лодками завозился груз, который не подлежал декларированию. Тут преступление раскрылось случайно — корабль утонул. Ударили морозы, и он вмёрз в лёд. Потом судно потащило на скалу. Он затонул на небольшой глубине. Там никто не погиб, все спаслись с корабля. Поскольку торчали мачты, крестьяне ближайшего поместья смекнули, что можно подзаработать. Они из ледяной воды поднимали груз, в том числе контрабандную выделанную кожу, в надежде на то, что им заплатят за это. Хозяин товара, купец Герман Мейер, платить отказался. Потому что тем самым де-юре бы признал собственностью контрабанду. История тогда дошла до Петра Первого, но через год император умер и дело спустили на тормозах.
Интересная у вас работа и под водой, и на суше с находками своими работаете. По какому принципу вообще ведётся поиск? Существует ли та самая заветная карта затонувших кораблей?

Да, мы ведём учет. Потому что официально занимаемся подводной археологией. Чтобы проводить такие исследования, нужно иметь разрешение, которое дает Министерство культуры, так называемый открытый лист. Он выдаётся каждому исследователю, они именные. Документ выдаётся на сухопутные работы и на подводные. По итогам исследования пишется отчёт. Ты сдаешь его потом в Институт археологии со всеми данными, координатами. Эта информация копится в архиве Института археологии. Одна из частей нашей работы — это как раз составление карты всех затонувших объектов с их подробным описанием. Сейчас там несколько десятков представляющих исторический интерес объектов. По неофициальным подсчётам на дне водоёмов Петербурга и области лежат если не тысячи кораблей, то сотни.
Есть перспективные открытия? Как я понял, откапывание корабля занимает долгие годы. Что рассчитываете выкопать в ближайшие десять лет?

Сейчас ведём разведку с локальными раскопками на месте крушения корабля, который погиб в выборгском сражении. Это шведский канонерский баркас. Он погиб в 1790 году. Мы его нашли ещё в 2004 году. По нему провели предварительные работы, а сейчас проводим более глубокое изучение. С подъёмом каких-то предметов, чтобы понять, что на корабле находилось. Археологическая работа, она довольно кропотливая. Она довольно долгая. Не получается делать открытие за открытием. Интереснейшие находки получаются в результате именно такой долгой работы. Многие объекты лежат на глубине более 50 метров. Там возникают технические проблемы, чтобы работать на таких глубинах.
Куда вы передаёте исторические артефакты? Может быть, у вас есть своя личная коллекция, или так делать не принято?

Наш основной партнёр — это Музей истории Кронштадта. В Эрмитаже тоже какие-то вещи есть. Очень приятно, что найденные тобой артефакты, потом можно показать людям, а не просто на полочку себе поставить — это перестаёт радовать довольно быстро.
Корабли, которые тонут сейчас, когда станут историей?

Через сто лет. Так что работы хватит на несколько поколений археологов.

Фото взяты с официального сайта Центра подводных исследований Русского географического общества.

Подписывайтесь на «Скамейку» в соцсетях:

Алексей Хасянов
Автор
специально для «Скамейки»

Понравился материал?