люди

КАЖДОЙ ПАРЕ ПО ПАРЕ

«Мы полиаморы и сейчас живем втроём: я, Тима и еще одна его партнерка». Полиаморные люди о своих отношениях и быте.
Полиамория — понятие для нашего общества довольно новое, поэтому вокруг него существует множество мифов и разночтений. Мы пообщались с четырьмя петербургскими полиаморами и расспросили их о том, как устроены их отношения, где они ищут партнеров, как справляются с ревностью и почему им тесно внутри стандартной моногамной пары.
Полиамория — формат отношений, допускающий близкие немоногамные отношения с несколькими партнерами вне традиционной моногамной пары. Важная составляющая полиамории — полная открытость: все участники полиаморных отношений знают друг о друге (классическое «я полиамор, но жена не знает» — НЕ полиамория).

Ксюша, 35, организатор полиаморного сообщества

Большую часть жизни мои отношения были моногамными. И последние длительные отношения — девять лет — тоже. К сожалению, у нас с партнером было недостаточно диалога внутри пары, а когда такое происходит, непроговоренность и нереализованные желания накапливаются и во что-то выливаются: в моем случае запрет на отношения с другими мужчинами вылился в то, что я начала влюбляться в девушек.

После расставания с этим партнером и переезда из Красноярска в Питер я в 2018 году поняла, что хочу новых отношений. Но мне хотелось, чтобы это были уже более осознанные отношения: чтобы человек понимал чего хочет и слышал и чего хочу я, чтобы мы могли открыто проговаривать свои чувства и желания. Я стала думать, где я могу найти человека с такой базой, и как-то сам вспомнился термин «полиамория».

Я нашла «Вконтакте» питерскую полиаморную группу, увидела, что через два дня встреча, и пришла на нее. Встреча оказалась очень плодотворной: там я познакомилась с Тимой, моим нынешним партнером, и с другими людьми, с которыми у меня потом были отношения. Я позвала Тиму на свидание, мы поняли, что у нас есть взаимный интерес, а на следющей встрече он сказал: «Ну, ты же знаешь, что я полиамор». Рассказал мне о тех, с кем он сейчас встречается, и предложил: «Если тебе ок, то давай встречаться». Я обдумала и сказала: «Давай, попробуем».

Поначалу не обошлось без сложностей: он влюбился в кого-то еще, и я впервые узнала, что такое ревность. Я прошла все эти стадии и поняла, что привыкла к эксклюзивности в отношениях и что эта претензия на эксклюзивность всегда была для меня выходом: я была глубоко не уверена в том, что меня можно любить за то, какая я есть. Поэтому мне казалось, что если у моего партнера есть другая партнерка, с которой у него тоже есть секс, пересечения интересов, и они могут делать все, что он может делать со мной, то зачем ему я? Постепенно я поверила, что я ценна сама по себе, и это решило проблему ревности.
Впрочем, и после этого я еще около года не называла себя полиамором. Да, у меня был полиаморный партнер, параллельно я встречалась еще с какими-то ребятами, но я не вешала на себя ярлыков. Но весной 2019 года я поехала в Красноярск, влюбилась там в парня и обнаружила, что во мне существуют привязанности к ним обоим — к этому человеку и Тиме, что эти чувства не мешают друг другу, не конкурируют. Только после этого я решила, что могу называть себя полиаморной персоной.

Сейчас мы живем V-образной триадой: я, Тима и еще одна его партнерка. У нас однокомнатная квартира, но большая — около 50 кв. м, с кухней-гостиной и спальней. Быт устроен просто: кому что надо, он делает, кто хочет есть, тот готовит еду. Мы когда съезжались, сразу обговорили, чтобы никто друг друга не напрягал по уборке. Финансово все устроено так, что мы с Тимой делим оплату за квартиру, покупаем продукты, а Рита, вторая его партнерка, в основном занимается чистотой, порядком, готовкой — это тоже огромный вклад.

У нас есть отношения и вне триады. Сначала мы с Тимой обговаривали все наши остальные отношения, но постепенно привыкли, что обговаривать каждый контакт и сообщать о нем нет необходимости. То есть я могу рассказывать обо всех своих контактах — но это уже не обязательно. Разве что, если встреча с другим партнером предполагается на общей с основным партнером жилплощади — тогда, конечно, нужно обговорить когда кому удобно.

Новые знакомства происходят обычно в полиаморном сообществе. Ведь гораздо проще найти общий язык с человеком, у которого с тобой совпадают взгляды на отношения и которому ничего не нужно с нуля объяснять. В Москве и Питере с этим проще: здесь уже есть сформировавшиеся сообщества. В других городах полиаморам сложнее, но и там возможно просвещать людей, менять среду вокруг себя. Мне, например, так не хватало тусовки в Красноярске, когда я туда приехала в 2019 году, что я пошла и сама сделала тусовку — провела там лекцию о полиамории, собралось много людей, и потом это сообщество продолжило жить уже без меня.

Мне нравится просвещать и объединять людей. Я, впрочем, не стараюсь рассказывать о полиамории направо и налево — только по запросу. Но и намеренно скрывать от окружения не хочу. Скажем, на работе я могу в неформальном разговоре сказать что-нибудь вроде «мой парень и его девушка», и люди, в целом, реагируют спокойно. Потому что я не давлю, не навязываю: «Вам всем надо так жить, это правильно, сейчас я вам расскажу и на вас снизойдет просветление». Я просто говорю: «Это существует, у меня это так». Хорошо, когда есть вариативность, есть разные модели отношений и информация об этом: тематические чаты и поливстречи, дискуссионные клубы и группы поддержки. Потому что я, например, в свое время просто не знала, что так можно.

Алексей, 39, психолог-консультант

Я не назову точный срок, когда я осознал, что я полиамор. Это не было внезапным озарением — скорее, процессом принятия себя. Нам с детства внушали какой-то образ хорошего мальчика или девочки, и мы всегда пытались соответствовать этому образу, а когда понимали, что не получается, возникал кризис. Научиться не ломать себя в угоду стереотипам, в которых живет подавляющее большинство людей — это постоянная работа, которая все еще идет. Но теперь я чувствую себя гораздо свободнее.

Вокруг слова «полиамория» много терминологии, я сам в ней не до конца разбираюсь. В чем-то это полезно: для кого-то само обозначение явления становится опорой («оказывается, я не какой-то там фрик или извращенец»). Но я в этих градациях особого смысла не вижу: считаю, что как вы вдвоем, втроем, встадвадцатером договоритесь, так и будет, и неважно, как это будет называться. Чем лично мне близка полиамория: если новый человек мне понравился, это не значит, что я разлюбил того, кого люблю — совсем нет. Это все равно что спросить, кого ты любишь больше, папу или маму, младшего брата или старшего. Давай выбирай кого-то одного и на всю жизнь, причем другого ты никогда больше не увидишь. Серьезно?!

Сейчас я состою в отношениях, которые можно назвать полиаморными. Есть девушка, с которой мы вместе уже три года, но у нас есть договоренность о том, что в нашей жизни могут появляться романтические или сексуальные отношения с другими людьми. В эти истории мы можем пойти вместе или по отдельности — но это всегда что-то обсуждаемое, видимое, не в тени. А для заботы друг о друге у нас есть правила и договоренности, выработанные опытным путем.

Например, такая. По умолчанию, раз мы живем вместе, то мы ждем друг друга дома и рассчитываем проводить вечера вместе. И если кто-то из нас хочет провести ночь вне дома, нужно предупредить об этом заранее, за пару-тройку дней. Потому что если это происходит внезапно, партнер остается с ощущением, что его обманули, покинули. Плюс в этой ситуации у него не остается пространства для маневра. Поэтому будет проявлением большей заботы, если договориться заранее.

Или, например, мы иногда ходим на секс-позитивные тусовки, где можем заниматься сексом втроем или по отдельности — у нас практически нет ограничений на проявления сексуального интереса. Но у нас всегда действует «правило красной кнопки»: если одному из партнеров в любой момент стало некомфортно и нужна поддержка, другой, чем бы он в этот момент ни занимался, переключает внимание на него. Это правило появилось после того, как у нас случился негативный опыт, но с тех пор как мы его сформулировали, его практически не приходилось применять: потому что оно само по себе очень поддерживает.

Конечно, бывает, что несмотря на договоренности возникает ревность. В каждом таком случае важно разобрать: из каких эмоций состоит эта ревность, о чем они: тебе тревожно, обидно, ты раздражен, злишься? Важно об этом поговорить, раскрыться. В конфликтах существует несколько стратегий, и только одна — сотрудничество — действительно помогает выстроить долгосрочные отношения, которые удовлетворяют всех, а не просто приходить к компромиссам, когда оба зажимаются и неудовлетворенность продолжает накапливаться. Отношения для меня — как команда: если есть какая-то проблема, мы вместе как команда ее решаем. Это требует много ресурса, компетенций, душевных сил, но по-другому не работает.

Сегодня полиамория вызывает большое сопротивление. В «нормальном» обществе это считается почти извращением — при этом там почему-то нормально ходить налево тайком, обманывать. Я, впрочем, не считаю, что нужно доносить эти идеи всем и каждому. Рассказывая без запроса, ты, во-первых, инициируешь с человеком бОльшую близость, а во-вторых, ставишь перед ним вопросы, на обработку которых ему потребуется куча энергии. Ты навязываешь ему историю, которую он уже не может развидеть, а это насилие. Поэтому я рассказываю, только если вижу интерес.

А для тех, у кого этот интерес есть, я на базе проекта «Трава» создал полиаморный клуб: пространство, где можно встретить единомышленников и где им будет комфортно. Мы собираемся по понедельникам в кафе «Африка» (Фонтанки, 130) и в формате диалога обсуждаем разные темы: конфликты, близость, доверие. Собственно, большинство тем актуальны не только для полиаморных, а для любых отношений: ведь мы везде воспроизводим одни и те же стереотипы и модели поведения, вне зависимости от количества человек. Поэтому чисто «полиаморных» тем немного — в целом, это дискуссионный клуб про отношения во всех проявлениях. Самих полиаморов там раз-два и обчелся: приходят просто люди, которым интересно, потому что у нас они могут поговорить о таких вещах и в таком формате, в котором это нигде больше невозможно.

Паша, 28, программист, музыкант

У меня был довольно большой опыт моногамных отношений, но я быстро понял, что не совсем вписываюсь в этот формат. Например, меня всегда ставил в тупик вопрос девушек: «Почему ты меня не ревнуешь?». Они считали, что, если не ревную —значит не люблю. А мне это было абсолютно непонятно: не то, чтобы у всех полиаморов не было ревности, но вот у меня, например, ее нет. И вот от меня ждали ревности, а я не понимал, чего от меня хотят: мне были важны только наши отношения.

О том, что существует полиамория, мне рассказала девушка, с которой мы тогда были влюблены друг в друга. Скинула статью, еще на английском — тогда, в 2012 или 2013 году, информации на русском не было совсем. Я тогда прочитал и сразу понял, что это мое. Подумал: «Блин, это прекрасно, весь мир должен быть таким!» Мне это виделось как естественное развитие отношений — из моногамных в полиаморные — и я был уверен, что за этим будущее. Но оказалось, что-либо за этим будущее через несколько веков, либо действительно это не всем подходит и нет смысла переучивать людей, которые не готовы.

У меня был такой опыт «переучивания»: я рассказал про полиаморию девушке, с которой на тот момент у нас были отношения уже больше года, и сказал: «Вот, классно, может быть, попробуем?» В итоге это привело только к травмам и страданиям. Поэтому теперь, когда я в полиаморных чатах вижу, что кто-то из моногамов хочет попробовать полиаморию, отношусь к этому с осторожностью: «Да, пробуйте, но если не чувствуете, что это прямо ваше, будет непросто».

Некоторое время после неудачного опыта переобучения моногамного человека в полиаморного я был подавлен: мне казалось, что я такой один и никогда не встречу единомышленников. Но потом оказалось, что в Петербурге есть группа полиаморных людей, которые общаются и поддерживают связь. Их немного, но они на почве своей полиаморности находят что-то общее: у кого-то завязываются там отношения, а для кого-то это просто комфортная среда для дружбы и общения. В Телеграме есть чатик знакомств для полиаморов — он хороший и адекватный. Есть еще группа «Вконтакте», тоже для полиаморных знакомств, но о ней я слышал не очень хорошие отзывы: там часто бывают токсичные люди, которые пишут оскорбительные вещи. Сейчас в Телеграмм-чате около 1300 человек — доступ туда свободный, там нет никакого ценза, просто туда можно отправить анкету, и там легче всего найти партнера.

Сейчас я живу один, но у меня отношения с тремя девушками — Юлей, Алисой и Элей. С каждой из них я строю отношения на индивидуальных договоренностях. Мне не очень нравится называть это какими-то терминами типа «анархия отношений», «иерархические отношения» и так далее. Сейчас вся эта терминология настолько еще сырая, что практически каждый человек под этим подразумевает что-то свое. Поэтому я в нее не лезу и просто строю отношения так, чтобы всем было комфортно.

Главное для построения гармоничных отношений — на берегу договариваться о том, что важно. Например, с кем-то нам важно предупреждать друг друга о других партнерах — когда мы знаем обо всех других отношениях и видим, что нет попыток друг от друга что-то скрыть. Кому-то важно, чтобы о планах предупреждали заранее, причем важно и обговорить, что вы под этим понимаете: скажем, для меня «заранее» — это за неделю-две, а для партнера — это вот как только у тебя появились планы, ты сразу должен об этом сказать, а если скажешь позже, ему кажется, что его отодвигают. В целом, каждый должен сам в себе разобраться, что ему комфортно, а что нет, и потом уже договариваться.

А вообще, договоренностей не так уж много: главное — быть честным, уметь обсуждать проблемы открыто, быть готовым к конструктивному диалогу, говорить о своих эмоциях без выяснений отношений и скандалов. Тогда все будет в порядке. Но это предполагает некий уровень психологического развития. Поэтому, если ты не можешь построить нормальные моногамные отношения — ни о каких полиаморных даже мечтать не стоит. Некоторые люди приходят в полиаморию, когда у них что-то не получается в моногамных отношениях, и это нелепо: «С чего ты взял, что у тебя получится в полиаморных?» Ведь совершенно очевидно, что с двумя людьми строить отношения заведомо сложнее, чем с одним.

Окружение о моей полиаморности знает: я не за то, чтобы кричать об этом на каждом углу, но и специально скрывать мне не хочется. Поэтому друзья, знакомые, родители в курсе (бабушки-дедушки уже нет, им было бы тяжело это понять). Родители восприняли это с удивлением и недоверием, но очень адекватно: «Будь осторожен, но в остальном — главное, чтобы ты был счастлив».

Юля, 25, программист

Мой приход в полиаморию был очень непростым. Я в отношениях с девушкой уже больше десяти лет — мы познакомились, когда были еще подростками. И когда она мне впервые сказала «я полигамна», во мне это вызвало огромный протест. Конечно, мы тогда не знали слова «полиамория», этого вообще не было в нашем дискурсе. Хотя мы принадлежим к ЛГБТ-сообществу, в котором раньше появляются новые термины и, в целом, уровень принятия нового шире, все равно для нас были нормальными именно моногамные отношения.

Тем не менее, у моей девушки стали появляться другие партнеры и партнерки, а я безумно ревновала. Я чувствовала себя уязвимой, мне было плохо от того, что она проводит время с кем-то еще. Но потом я стала работать с психотерапевтом и поняла, что моя ревность меня душит. Что я не должна менять своего партнера ради себя самой. Что если ей комфортно любить сразу нескольких человек — это нормально. И что мне стоит проработать свою ревность, чтобы я могла чувствовать себя спокойно. Потому что ревность — это деструктивная эмоция, которая очень мешает находиться в любых отношениях, неважно, моногамных или полиаморных.

Тогда я начала самообучаться: это был 2015−2016 год, статей на русском языке на тему полиамории еще не было, поэтому я стала лезть в Reddit, в англоязычный Интернет, и закидывать в себя информацию. Я стала понимать, что полиамория — это нормально. Я осознала, что лично для меня моногамия была основана на культурных установках, в которых мы все выросли. И через долгие-долгие мытарства у меня пару лет назад наконец щелкнуло, что все хорошо. Я практически избавилась от ревности. Да, я до сих пор могу поревновать, но это если мои эмоции или мои потребности сильно ущемляют, это просто тревожный звоночек, что в отношениях что-то не так. Тогда нужно просто поговорить, решить эту проблему, и все снова будет хорошо.

Сейчас я живу с девушкой, но у нас анархия отношений — мы открыты для отношений с другими людьми, у нас обоих есть другие партнеры и партнерки. Изначально у нас была иерархическая полиамория — мне как прежде моногамному человеку было проще входить в полиаморию через этот формат: когда я у своей девушки основная партнерка, а все остальные, они, конечно, тоже важные, но я «главнее». Сейчас я от этого отошла: мне ближе анархия отношений, когда с каждым человеком устанавливается свой особый тип связи, которую я не встраиваю в иерархию «главный», «вторичный», «третичный» партнер.

Конечно, у нас с партнерами есть ряд договоренностей, которые постоянно пересматриваются: это естественно, ведь люди и обстоятельства меняются, и то, о чем раньше договаривались, может стать неактуальным. Тогда нужно сразу сказать: я тут подумал: давай делать по-другому. Это практически ежедневный процесс. Я знаю, что некоторые поликулы (группы людей, объединенных полиаморными отношениями) собираются на процессинг (обсуждение этих отношений и договоренностей) каждый сезон: все собираются за столом и обсуждают свои эмоции, возможные обиды и т. д.

С моей девушкой наша основная договоренность — не спать с другими людьми, пока мы это не обсудим. То есть мы можем делать что хотим, но надо предупредить заранее: иначе это вызывает тревожность, чувство уязвимости и отсутствие контроля ситуации. Даже когда нет иерархии, те отношения, которые уже есть, приоритетнее — в том смысле, что люди в них более уязвимы. Потому что когда появляется новая влюбленность, на эффекте новизны прежние партнеры могут почувствовать себя отодвинутыми в сторону. Чтобы этого не случилось, очень важно с ними поговорить при появлении новых отношений, объяснить, что происходит, что ты чувствуешь, и попросить обратную связь.

Где полиаморы ищут партнеров? У меня был разный опыт: я публиковала анкету в группе полиаморных знакомств, но там с 95% людей, с которыми я общалась, мы просто не сходились по культурному коду или еще по какой-то причине. Потом у меня был довольно обширный опыт дейтинга через приложения (Tinder, Pure). Там я сразу писала про себя, что я полиаморная персона, но в «Тиндере» это был ужас: 99% людей в ответ предлагали «тройничок» или сразу оргию. Так что для знакомств больше всего подходит группа в Телеграме: она самая адекватная. Можно еще ходить на полиаморные тусовки: я не люблю долгие переписки, всегда лучше сразу пообщаться и понять, интересны ли вы друг другу, сходитесь базово или нет.

Для меня факт того, что человек — полиамор, не является каким-то основополагающим. У меня бывали случаи, когда я влюблялась в моногамного человека, а потом этот человек становился немоногамным. В целом, мое окружение очень адекватно относится к полиамории. У меня даже не было какого-то «выхода из шкафа», мне не приходилось говорить друзьям: «Ой, знаешь, а я полиамор», обсуждать это специально. Они и так все понимают и спокойно к этому относятся. Разве что родители мои не знают — но они в принципе не лезут в мою личную жизнь.

Подписывайтесь на «Скамейку» в соцсетях:

Светлана Ворошилова
Автор

Понравился материал?