«Новые руины. Стекло»: новая инсталляция «Манежа»

ГОРОД
14 современных художников под кураторством Максима Има вновь ищут новые визуальные формы и экспериментируют с материалами. Вандализм или искусство?

Художники: Владимир Абих, Андрей Бергер, Марина Колдобская, Надежда Косинская, Покрас Лампас, Виталий Пушницкий, Александр Шишкин-Хокусай, Юрий Штапаков, A.D.E.D, Никита Dusto, GIWE, Сергей Xeat8, Vandal Karlos, 0331c

Даты работы экспозиции: 22 июня — 31 июля

Адрес: «Манеж», Исаакиевская пл., 1

Цена: Открытая уличная инсталляция
На этот раз художники «испытывали» стекло. В предыдущих двух выставках серии «Новые руины» участники работали с огромными бетонными колоннами и гранитными камнями. Цель проекта — исследовать материалы, которые повсюду окружают нас: от фасадов зданий до экрана смартфона,и экспериментировать.Эстетическая привлекательность уличного искусства отходит на второй план, уступая место идее и попытке пересмотреть значимость выбранных материалов.

Участники работали в технике «скрэтчинг» (от англ. — царапать, скрести), которая считается одной из самых примитивных и вандальных форм граффити. В последние годы она практически исчезла, потому что в арсенале художников появились другие материалы. Мы пообщались с куратором выставки Максимом Има, узнали больше о скрэтчинге, подготовке к выставке и общей концепции.
Почему материалом для третьей выставки стало именно стекло?

У меня изначально был набор определенных материалов. Надеюсь, в следующем году будет еще выставка с металлом. Камень, металл, стекло — это материалы, которые окружают нас в городе. Понятно, что есть еще дерево, но до дерева я пока не дошел. Плюс хотелось показать технику скрэтчинга. Я подумал, что интересно ее возродить и устроить некое испытание для художников. И для зрителей тоже, потому что некоторые работы нужно разглядывать под разными ракурсами. Общая цель проекта — показать новые техники или по-новому показать старые техники, сделать что-то нестандартное.

Скрэтчинг — довольно старая техника, верно?

Да, появилась, когда граффити только зарождалось. Временные рамки во всех странах разные, но оптимальный период — это, я думаю, 1990-е - начало 2000-х. Скрэтчинг практиковался во всем мире, потому что не требовал никаких затрат. Чтобы популяризировать свое имя достаточно было точильного камня или точильного диска, например. Можно было ездить в общественном транспорте и везде царапать. Краска всегда стоила дорого, ее не везде можно было купить, а это был такой простой метод тиражирования своего имени.

Многие не считают граффити вандализмом, потому что граффити не наносит ущерб месту. Всегда можно отмыть или закрасить. То есть функционал вещи, на которой что-то нарисовано, не портится. В скрэтчинге, конечно, функционал того же стекла безвозвратно испорчен.
У работ на выставке общая тема?

На выставке я хотел, чтобы изображения были достаточно разными. Я рисковал, потому что не говорил художникам что рисовать, у них была полная свобода. Никакой темы не было, поэтому все пытались применить свои авторские приемы с помощью новой, практически для всех, техники. Ну и как-то сложился такой единый целостный ансамбль. Есть работы явные, которые хорошо видно, есть работы, к которым нужно приглядываться. Покрас Лампас сделал, на мой взгляд, очень классную работу, нестандартную для него. Я очень рад, потому что это показывает, что он готов всегда выходить за рамки и делать что-то новое.

Московский художник 0331c сделал едва заметную работу, но она называется «Резонансная волна» и выглядит просто как трещины на стекле. В этом тоже есть, скорее всего, какой-то социальный, возможно даже политический подтекст о том, что сейчас идет какой-то надлом.

Творческое объединение A.D.E.D из Москвы выцарапали просто никнейм своего друга из Москвы. Если бы я увидел это в начале, я бы подумал, что ребята, может быть, подошли к делу не очень серьезно. Они сделали работу одними из последних, и это как раз поставило финальную точку, потому что их работа — это именно то, откуда скрэтчинг пришел, — написание имени, тэга, максимально много раз. Я как куратор очень рад, что работы сложились в целостную картину, и каждый художник, мне кажется, сделал свою идею интересной.

Царапать по стеклу — это долгий процесс?

Смотря у кого. Допустим, работа «Первый этаж» Егора GIWE из Москвы сделана, наверно, часа за два бутылкой пива. Бутылкой пива, в принципе, тоже можно выцарапывать — так делали уличные художники, граффити-райтеры. Но многие авторы делали суммарно часов 20-30. Я не стоял ни у кого над душой, поэтому не могу точно сказать, сколько времени потребовалось. Но нужно понимать, чтобы изображение было видно, даже самое простое, нужно три слоя процарапать. После первого слоя, когда мы смываем водой и растворителем, пыльца из стекла уходит, изображение блекнет, нужно царапать еще и еще, чтобы максимально глубоко прошло.
Как отличить хорошее уличное искусство от плохого?

Все субъективно. Если зрителю нравится — хорошо. Мы можем наблюдать кучу известных граффити-райтеров, которые именно занимаются нейм-райтингом, то есть написанием своего имени, пренебрегая всеми законами и эстетикой. У них есть сотни тысяч подписчиков, и если зрителям это нравится — почему нет. Понятно, что желательно действовать в рамках закона. Я не очень люблю все эти категории, ярлыки, «хорошее», «плохое». Оно есть и все, так же, как и человек. Человек может быть довольно хорошим или плохим. Это абсолютно нормально. Сколько людей, столько и критериев оценки.

Мы как раз делаем такие проекты, как «Новые руины», чтобы показать, что и опытные известные художники, которых все знают и любят, могут справиться с техникой, которая по сути является вандализмом. Или, наоборот, ребята с улицы, вандалы, делают очень интересные для себя и зрителей вещи. Например, Никита Dusto сделал для выставки оммаж на фотографию Бориса Смелова, хотя он активный уличный райтер.

Не хочется вешать на кого-либо ярлыки. Здесь есть 14 художников, 14 творческих единиц, они сделали свои работы. Мы не называем работы ни в коем случае ни стрит-артом, ни граффити, возможно, это паблик-арт, так как он выставлен в общественном пространстве. Мы просто взяли технику из граффити. Больше ни граффити, ни стрит-арт в концепции не фигурирует. Можно провести параллель: ты пишешь джаз, но для какой-то песни решил взять сэмплы из рока — в итоге ты сделаешь все равно джазовую композицию. Что-то такое хочется делать и хочется говорить о граффити не в лоб, а лишь слегка намекать и обозначать контуры.

Читайте на «Скамейке» о независимом книжном, в котором теперь разливают вино.

Подписывайтесь на «Скамейку» в соцсетях:

Анна Мурашева
Автор
Непутёвая художница и законченная журналистка

Понравился материал?