«Отдыхаю на работе, работаю на базе отдыха»

ЛЮДИ
Искал место для дачи, а нашел дело всей жизни
Владелец базы отдыха «Илоранта» Георгий Богачев 20 лет трудился в строительной компанию «ЛСР», работал вице-губернатором Ленобласти, а потом сменил деловой костюм на толстовку и переехал загород.
Для начала скажите мне, пожалуйста, что значит «Илоранта»?

Мы думали как назваться. И в знак уважения к прежним жителям этих мест, конечно, искали что-то на финском. Тогда еще особо не было Интернета, и я купил словарь финского языка, долго листал, перебирал варианты, обсуждал с женой. Словарь до сих пор лежит у меня в бане, греет душу. «Илоранта» — два финских слова, которые мы объединили в одно: «берег» и «радость». Когда мы думали как назваться, смотрели как назывались эти места раньше. Но получалось не очень благозвучно для русского уха: Карисалми, Салоярви. В общем, проявили фантазию и смекалку.

Как у вас появилась база отдыха?

Это чудесная история. В 2007 году в «Группе ЛСР» было IPO. Мы неожиданно стали зажиточными ребятами, появились деньги в количестве, позволяющем помечтать о чем-то большом. И мы с женой начала искать себе новую дачу. База отдыха досталась «ЛСР» в наследство как непрофильный актив — вместе с территорией бывшего завода «Электрик» на Петроградской стороне. Ее «ЛСР» покупал, чтобы строить жилые дома. И вот я приехал сюда, посмотрел на ветхие полуразрушенные дома и подумал: «Ну ладно, место красивое. Построю дачу, рядом несколько домиков и свои затраты на житье-бытье буду так окупать». Довольно долго так и было.

Легко было перестроиться? Отказаться от жизни видного чиновника? Переехать за город?

Хорошо помню один день в ноябре 2008 года. Я по делам оформления документов на землю приехал в Выборг, обедал с местными друзьями в одной «шашлычке», смотрел на них и внезапно понял: так, я хочу тут жить. В спокойном, тихом и вполне зажиточном городе (да, Выборг показался мне именно таким), где люди не спешат и почти все друг друга знают. В 2008 мы купили участок, в 2009 запустили первые дома. Сначала жили тут в формате дачи. Жену пришлось немного поуговаривать, чтобы она согласилась переехать под Выборг, и с 2010 года моя семья стала жить здесь постоянно.

Когда вы полностью сменили профессию?

После переезда я еще продолжал заниматься своей карьерой, но с 2015 года полностью переключился на «Илоранту»: она неожиданно для нас разрослась и стала делом жизни. То есть мы искали себе дачу, а нашли жизнь. Моя прошлая карьера была связана совсем с другой деятельностью, иногда днями нормально не мог увидеться с родными. Здесь, конечно, наоборот: вся семья вовлечена в то, что ты делаешь. Всегда есть о чем поговорить и чем вместе заняться. Это счастье. Работа и жизнь неразделимы — и это очень, очень прикольно. У нас есть внутренняя шутка, когда кто-то из работников уходит в отпуск: «Ребята, какой отпуск! Мы же с вами работаем на базе отдыха! Вы что, хотите отдохнуть от неработы?»
В большой город в итоге больше не тянет?

Милое дело выбраться в Питер в середине неделе. Например, днем. Едешь такой красавчик по свободной дороге и думаешь: как здорово, что у меня такая жизнь.

Итак, семья, дети участвуют в жизни базы?

Жена вовлечена очень сильно: на ней все, что касается внутренней отделки коттеджей, все закупочные материалы. От кафеля до бра в спальне. В некоторых домах висят ее картины: мне нравится как она рисует. Дочки учатся в Выборге, но помогают и по хозяйству. Старшая в кафе подрабатывает уже пару лет, младшая пока помогает советами.
Здесь всегда была территория отдыха?

По крайней мере с начала 20 века. Когда открыли железнодорожную ветку на Иматру, пристанционные земли стали развиваться как дачные местности — можно провести аналогию с Репино или Зеленогорском. Эти земли тихо развивались как дачные места, пока не наступил 1917 год. Многие прежние владельцы уехали, но финны-жители Выборга продолжили развивать все вокруг как рекреационную местность. В 1944 году это место окончательно перешло в юрисдикцию СССР. После блокады все, что было под Ленинградом, было по большой части разрушено. Чтобы поправить здоровье детей, государство воспользовались инфраструктурой финских посёлков: здесь появились пионерские лагеря… Потом они переехали поближе к городу, а эти места отдали под дальние базы отдыха ленинградским заводам.
Значит «Илоранта» стоит на месте…

Это две бывшие базы отдыха — завода «Электросила» и завода «Электрик». Так что сменились владельцы, но суть и дух территории остались.

Учитывая дачную биографию этих мест, тут наверняка отдыхал кто-то из известных людей?

Конечно! Это энергетическая точка, которая многих притягивает. Тут был и Максим Горький, когда вернулся с Капри, и Самуил Маршак, и Иннокентий Смоктуновский, вообще-то можно долго перечислять. Все это удалось узнать благодаря обширным архивам, которые сохранились у семьи по фамилии Бартольд, жившей здесь в начале 20 века. Помните фильм «Корона российской империи»? Там был такой месье Дюк, его играл актер Андрей Файт, так вот, он тут маленьким мальчиком отдыхал. И Дмитрий Хрусталев отдыхал тут с отцом, да много кто. Почти центр мира, как я в шутку люблю говорить.

На дорогах «Илоранты» можно встретить прелестный ретро-автобус. Это украшение базы или боевая единица?

Это восстановленный ПАЗ 1986 года: король деревенских дорог. С 1992 года в России его делать перестали. На его красных боках сияет надпись «Илоранта Экспресс». И это правда: когда он не служит фотомоделью, он возит наших гостей на пикники и экскурсии. В общем, он в рабочем состоянии и даже вызывает у старшего поколения ни с чем не сравнимые чувства ностальгии и атмосферы юности.

Местная выставка ретро-автомобилей — тоже ваше детище?

Нет. Хотя у меня есть несколько ретро машин, штук семь, но они никогда не выставлялись на широкую публику. Я это не люблю — люди, почему-то, когда видят красивую ретро-машину, практически шизеют: начинают залезать внутрь и так далее. Совсем не относятся к ней, как музейному экспонату. Я в таких случаях говорю: представь, что ты идешь с красивой женой. Если я улыбнусь и скажу тебе, что она очень красивая, тебе будет приятно. А если я начну ее хватать? Вряд ли. В общем, нет у нас культуры обхождения с ретро-машинами.

Чем из коллекции вы больше всего гордитесь?

Всех люблю, так не скажешь. Есть чудесная «копейка» с пробегом 25 тыс. км. Она внутри будто только что сошла с конвейера. Есть 24-ая «Волга» 1973 года, в идеальном состоянии. Купили ее в Туле, потом сами реставрировали. Помните, в «Иронии судьбы» такси? Такая же! Около года ушло на восстановление, но на нее легко найти запчасти. А вот американские авто я покупал уже восстановленными, иначе никак.
Вокруг озера, на котором стоит «Илоранта», расположено несколько баз. Почему к вам не попасть, а на базе рядом почти всегда есть свободные дома в аренду? В чем секрет?

Секрета нет никого. Надо попасть в свое место и жить этим делом. У нас тут три базы, но мы, мне кажется, не конкурируем, а дополняем друг друга, потому что сфокусированы на разные целевые аудитории. У «Тапиолы» небольшой номерной фонд, но есть ресторан, бассейн и спа. У них есть свой гость, как правило, это житель Выборга, они, насколько я знаю, не жалуются на свободные места. На базе «Лесная сказка» все немного попроще. Там взрослые, очень хорошие, достойные и приятные владельцы. Там да, почти всегда можно найти несколько свободных домов: мне кажется, туда обычно приезжают большие компании, которые хотят как следует что-то отметить.

А к вам кто ездит?

Семьи с детьми и без них. Довольно неожиданно для самих себя мы стали для гостей некоторым аналог дачи. То есть места, где уютно и комфортно, где тебя ждут знакомые люди и знакомый чудесный пейзаж. Приезжаешь как будто в свой полудом, где проводишь не все, но очень приятное время. Дача и есть, что тут скажешь. В этом, наверное, и есть одна из причин почему у нас почти не бывает свободных мест — люди возвращаются. По статистике у нас 63% посетителей приезжают еще. А те, кто приезжает впервые обычно слышали про нас от друзей.

Я уже была у вас четыре раза. Но это, наверное, не рекорд?

Это хорошая цифра, но до Гиннеса еще далеко. У нас есть одна семья, Мышкины. У них уже давно больше 70 приездов. Наша цель —100.
Как пандемия повлияла на ваш бизнес?

Пагубного воздействия не было, абсолютно наоборот. Все, что раньше могло считаться недостатком или неочевидным преимуществом, вдруг в одночасье стало важным. Например, удаленность от города, отдельный вход в каждый коттедж или апартаменты, лес и фитонциды. К тому же мы были абсолютно готовы к полностью бесконтактному обслуживанию: в свое время мы здорово заморочились и потратили много сил на Интернет: километрами оптоволокно проложили по дну озера. Сделали хороший Интернет, телефонную связь между коттеджами. Онлайн-бронирование и оплата у нас тоже довольно удобные. Удивительно: 2021 год на дворе, но на некоторых базах отдыха нужно квест пройти, чтобы заплатить за жилье. Нужно позвонить, потом они куда-то пришлют договор, потом обратно, а скажи свой счет, и потом чуть ли не в терминал надо идти оплачивать. Морока сильная.

То есть у вас вырос спрос?

Да. А еще мы обнаружили не характерное поведение. Обычно бронировали выходные или неделю целиком. Когда началась пандемия, мы увидели более длительные сроки: бронировали месяц, два и так далее. Но мы не нацелены на длительные проживания — дороговато получается, дешевле, конечно, на этот срок загородные дома снимать отдельно. Но многим нравится, что есть сервис, понятное окружение, где и что есть, чем заниматься, куда отвести детей. И они готовы платить за это.

Когда границы были открыты, можно было тут встретить иностранцев?

Можно, но, честно говоря, редко. Одно время в летние месяц у нас был постоянный ручеек русскоязычных израильтян: в это время там жарко, плюс отличный повод выбраться на историческую родину. Иногда заезжали шведы, недавно вот был мексиканец —совершенно для меня внезапно. Обычно меня спрашиваю про финнов: есть ли они в «Илоранте». Ответ такой: это не наша целевая аудитория, к нам не ездят для того, чтобы выпить-закусить и купить дешевый бензин, а это, как правило, основная цель финских туристов в России.

У вас очень уютно. Кто придумал построить везде деревянные дорожки-мостики и расписывать уличные фонари? На территории базы их, по-моему, 50 штук. Причем, кого только не встретишь: бабочки, улитки, лианы, фантастические животные и цветы.

У меня был, к сожалению, ныне покойный, старший друг и товарищ Михаил Башаргин. Витражи, фонари, резные деревянные вещицы на базе, уютные дорожки — его рук дело. Первые фонари нам достались в наследство от старых баз отдыха. Выглядели они очень непрезентабельно: старенькие, желтенькие. Мы тогда активно экономили и думали, что же нам с ними делать. Первые фонари Миша разукрасил витражными красками. Получилось прекрасно. Сейчас его с нами нет, но мы продолжаем его дело. Мы совмещаем приятное с полезным. У нас проходит много мастер-классов для детей, на одном из них мы как раз расписываем фонари. Очень увлекательное занятие: и дети и взрослые оставляют рисунки, автографы на память. Некоторые из них занимают свои почетные места, потом люди приезжают и показывают друзьям: «А вот мой!». Особенно приятно, когда дети подрастают, а фонарь стоит, как был.
Я знаю, что у вас есть своя ферма. Когда она появилась?

Хороший вопрос. Смотря что считать началом. Интернет-магазин у нас появился прошлым летом, а так, по чуть-чуть мы что-то делали с 2017 года. Ферма располагается в 10 километрах от базы отдыха, рядышком. Основная наша специализация — цыплята. Плюс у нас молочное стадо: это сметана, масло, сыр. И, конечно, полуфабрикаты — их делает наше кафе.

Как вообще родилась идея заняться сельским хозяйством?

Все, как обычно, началось с того, что нам самим хотелось есть вкусно. У меня в жизни два любимых блюда: пельмени и цыпленок табака. И если в пельменях я достиг совершенства в раннем возрасте — научился их лепить на отлично, с цыплёнком было труднее. В магазинах еще лет 7 назад продавались только раскормленные свинообразные курицы. В общем, все началось с курицы, но бабка за дедку, дедка за репку — я предупреждаю, это долгая история.

Это интересно!

Чтобы все сделать по уму, нужны серьезные масштабы, иначе не получается. Для цыплят нужен корм, но он в обычной торговле плохого качества: много химии и лекарств, чтобы птица не умирала. Можно заказать на заводе по своему рецепту. Но партия — от тонны. Смесители по-другому не работают. Срок хранения у корма 1−2 месяца… Чтобы скормить тонну, нужно иметь тысячу голов. А это уже мощно.

Сколько продуктов вы в итоге производите?

У нас 89 наименований, но если убрать повторяющиеся позиции, например, курицу разных размеров, то под 70 продуктов точно наберется. Я сейчас отношусь к этому так: мы, прежде всего, делали ферму для себя и для своих гостей, очевидно, что сельское хозяйство — сложный бизнес. Зато собственные качественные продукты — это добавочная стоимость для «Илоранты».

Да, у вас действительно очень вкусно в кафе-столовой. Получается, ферма полностью обеспечивает кафе?

Для кафе мы докупаем овощи и мясо, а вот птица, в том числе для супов, молочка — это наше. Картошку мы, например, привозим из Пскова — она элементарно там вкуснее. К тому же, ее выращивает молодой юноша, помогает своей семье, это хорошая история, почему бы не поддержать. Тут мы ее моем, перебираем, фасуем. Конечно, за счет этого она довольно сильно вырастает в цене.
А доставка у вас есть? Заказывают, наверное, в Выборг?

В Выборге нашу продукцию не слишком берут: считают, что слишком дорого и не понимают, зачем тратиться на эти продукты. Но своей покупатель у нас есть в Петербурге. В понедельник и четверг у нас от 20 до 30 доставок. Кроме того, мы продаемся в «Азбуке вкуса», в Babilon и другие магазинах премиум-класса.

Ферма уже окупилась?

Если говорить об инвестициях, то они не окупятся никогда. И даже операционно мы работаем пока примерно в ноль. Надеемся, что выйдем в плюс за счет роста продаж. Зато с производственной стороны мы молодцы: все работает, как часы.

Напоследок я хочу задать такой вопрос: во сколько вы встаете? Наверное, на базе отдыха не тянет просыпаться ни свет ни заря?

Я всю жизнь работал в организациях, где не был сам по себе: у меня было расписание, обязательные дела, строгая иерархия. Поэтому сейчас я балдею: сам делаю распорядок дня. Раньше у меня было четкое разделение времени на работу и отдых, а сейчас я работаю на отдыхе и отдыхаю на работе. Все смешалось, но мысли, что пока ты в «офисе», жизнь проходит мимо, у меня давным-давно нет. Это кайфовая история: над тобой ничего не висит, никуда бежать не надо. Ощущение что ты, наверное, можешь утром и не вставать: вроде никуда не надо. Но в этом есть парадокс: как раз это ощущение свободы дает дополнительные силы и желание что-то делать, думать, улучшать, пробовать. В общем, я встаю довольно рано, обычно не позже 7.
Также читайте на «Скамейке» интервью о бизнесе в Петербурге: с владельцем пивоварни AF Bree Николаем Филипповым — о крафте и локальной идентичности, с коммерческим директором сети «Буше» Романом Певзнером — о неактуальности агрессивной рекламы, с совладельцем самого титулованного в России бара El Copitas Николаем Киселевым — о том, на какой коктейль похож 2020 год.

Подписывайтесь на «Скамейку» в соцсетях:

Анастасия Жигач
Автор

Понравился материал?