Профессия фриган?
Почему ходить по помойкам выгоднее, чем сидеть в офисе?

ЛЮДИ
Про тех, кто послал общество потребления

Официально, фриганизм — это стиль жизни, отрицающий принципы потребительства. Его приверженцы ограничивают свое участие в традиционной экономической жизни и стремятся к минимизации потребляемых ресурсов. Продукты и все необходимые вещи фриганы находят на свалках и в мусорных контейнерах. Но все ли так просто?
Залезть в мусорный бак для меня, дамы, жившей в питерских коммуналках с клопами, — задачка простая. А вот найти человека, который спокойно заявит о том, что шарахается по мусоркам, — намного труднее. К счастью, не все фриганы —замкнутые персонажи, поэтому через полмесяца я натянула перчатки, которые подарил бывший бойфренд, застегнула старую куртку и в -17 поехала к Ладожскому вокзалу. Юрий (имя изменено по просьбе героя) согласился устроить мне рейд по помойкам и ответить на пару вопросов.

«Я перепродаю то, что нахожу — это некая подработка»

У первого же бака я поймала на себе немигающий взгляд мужчины, который парковался в нескольких метрах. Через пару секунд автолюбитель потерял к нам, ползающим у помойки, интерес. Юрий бросил, что за всю его фриганскую жизнь, а это больше двадцати лет, никто ни разу не подошел и не спросил, чего он тут, собственно, роется.

— Я перепродаю то, что нахожу — это некая подработка. Если выходить часа в три дня в воскресенье и обойти, не знаю, помоек двадцать, за это время можно тысячи три-четыре заработать. Продукты я практически не беру, хлеб, если только, овощи, фрукты, консервы. Меня интересует техника, антиквариат. Я специализируюсь в основном на старых вещах, потому что для остальных моих, грубо говоря, конкурентов —это мусор. И сюда причислить можно все: мебель, статуэтки, посуду.

Я хожу каждый день практически, когда есть свободное время. Самый прибыльный день — это воскресенье, потому что в будни мусор вывозится, и дворники работают. А так, в любой помойке можно что-то найти и сразу же продать по местности. Даже «Авито» и «Юла» не нужны. За всю жизнь у меня накопилось много знакомых по всей России. Есть перекупщики, которым продаешь, а они потом перепродают, но на этом зарабатываешь копейки. А есть коллекционеры, которые готовы отдать любые деньги за редкие вещи.

— А что самое ценное удавалось найти?

— Самое ценное, что я находил за один раз, — шкатулку в 2013 году с изделиями из золота и серебра: кольцами, цепочками, крестиками на два с половиной миллиона рублей. Я на них жил три с половиной года. За это время я ни разу не сходил на мусорку, ну и не работал, соответственно. Причем жил я не один, а с семьей. На эти же деньги открыл свой антикварный магазин. Он семь лет проработал.

Тут я начинаю задумываться о том, что многострадальная профессия журналистки вряд ли принесет мне когда-нибудь два с половиной миллиона рублей за раз. Юрий в это время находит возле баков два новеньких зеркала из «Икеи». Одно я забираю домой, потому что живу без адекватного зеркала уже несколько лет, и нечего, собственно, выеживаться. Тут же Юрий вытаскивает из пакета меховую курточку с биркой, пару подделок «Лего» и красивый китайский чайничек.

Юрий отмечает, что одежду выбрасывают всегда и в огромных количествах. Себе он никогда ничего из вещей не покупал, все нужное находил в благотворительных контейнерах. Сейчас на нем спортивные штаны, которые в магазине стоят около шести тысяч рублей и фирменный рюкзак Adidas. Все это Юрий нашел новеньким, с бирками. Я засматриваюсь на потрепанные вишневые «мартинсы», которые кто-то заботливо поставил на коробку с мусором. Маловаты.

— Вы говорили про своих так называемых конкурентов. Много людей ходит по помойкам?

— Люди всегда ходили, просто каждый берет что-то для себя. Бомжи, например, ищут банки, бутылки, еду. То, что для меня ценно, для них мусор. Кто-то ради интереса ходит. Кто-то электронику ищет: компьютеры, телефоны, планшеты. Чисто для себя, поковыряться, разобрать. Я тоже технику собираю, потом можно сдать на запчасти, на золото, куда угодно. У меня, например, за пандемию, телефонов три ящика набралось, там килограмм двадцать. Рабочие я собираю, заряжаю и на Уделке продаю, ну или здесь по местности, по скупкам. Какие-то просто отдаю, какие-то разбираю, на золото сдаю. Целиком телефон без крышки и аккумулятора почти ничего не стоит, но если его разобрать, килограмм плат стоит две тысячи. Любой прибор в разобранном виде дороже стоит. У компьютера, например, оперативная память стоит двадцать восемь тысяч за килограмм. Ее, конечно, не так просто собрать. Но я собирал по пять, по шесть килограмм, но это, правда, занимало полгода-год.

Один раз нашел сразу десять горных велосипедов новых, с бирками. У кого-то, я так понял, был свой магазин. Бизнес закрылся, и велосипеды выбросили. Так же и с одеждой дорогой. Недавно, например, нашел куртку кожаную женскую, которая в магазине стоит сорок шесть тысяч.

Кстати, самое интересное можно найти, когда старые бабушкины квартиры выносят. Грубо говоря, когда ремонт глобальный делают, берут всю квартиру целиком и в одну мусорку выкидывают. Если порыться можно много чего найти: антиквариат, медали, деньги в заначках. Один раз шестьдесят тысяч нашел в старом пальто. Но это по времени много занимает, конечно. Обычно выносят сразу по тонне вещей, бабушки же любят собирать тряпки свои.
Фриган нагнулся над кучей мусора и ищет что-то ценное

«Я и за телефон свой не плачу. Проезд у меня тоже бесплатный, могу сесть и поехать в любую часть города»

Когда уже стемнело мы успели облазить помоек десять. Юрий нашел нераспечатанную пачку специй, новенькую сковородку, коробку чая, еще один чайничек, антибиотики с неистекшим сроком годности, целую упаковку фермерского клубничного йогурта. Последнюю фриган открыл и поставил к лестнице на радость кошкам. Согревались мы лимонным чаем из автомата в соседнем ТЦ.

— А не проще заработать эти деньги, а не шататься вот так по мусоркам на морозе?

— Мне пока не проще. Нет времени на обычную работу. У меня жена работает, а я с детьми, они ходят в школу и детский сад, и, соответственно, с 9 утра и до 5 вечера я просто не могу себе здесь по местности найти такую работу, чтобы я успевал в садик и отвести, и забрать, например. И пока я сижу дома с детьми, я хожу по мусоркам. Но все равно, у меня жена работает сутки с 10 утра до 10 утра, и она за смену зарабатывает две тысячи. А я выхожу и за час, за два зарабатываю больше нее.

У меня еще такая политика есть, я даю заработать дворникам. То есть, я прихожу на помойку, нахожу большую бытовую технику, например, холодильник или стиральную машину. Я это не беру, так как хожу пешком и мне это никак не дотащить. Конечно, если я понимаю, что с этого заработаю, то звоню, приезжает машина и забирает, а если вижу, что это старье, которое годится только на металл, звоню дворнику. У меня в каждом дворе есть знакомый, он забирает, я беру с него копейки, рублей сто. Дворники потом чинят, разбирают, перепродают, не знаю, что они там делают. На самом деле, дворник — это не просто метлой работать. Они на мусоре могут зарабатывать до трех тысяч долларов, не считая своей зарплаты.

Для закрытых мусорок у Юрия есть универсальных ключ, который как в сказке открывает все двери. Даже те, которые дают доступ к мусоропроводу. Внутри закрытых помоек уже явно кто-то похозяйничал — пакеты разорваны и разбросаны по углам. Обычно на один бак Юрий тратит по полчаса, но сегодня на улице крепкий мороз, поэтому рыться даже в перчатках довольно холодно. Мы рассматриваем у бака дорогущий новый домик для кошки, который, очевидно, чем-то не угодил домашней любимице, и идем дальше. Почти новые или даже нераспакованные вещи — классика на помойках.

— Я и за телефон свой не плачу. Проезд у меня тоже бесплатный, могу сесть и поехать в любую часть города.

— Почему?

— Потому что, я же по помойкам ползаю (смеется). Я сим-карту свою нашел лет двенадцать назад и за все это время ни разу денег на нее не положил. Она корпоративная, принадлежит «Газпрому», за нее платят каждый месяц. Я так понял, у них один счет на множество симок. Я за день наговариваю тысячи на две. И судя по тому, что у меня на счету минус три с половиной миллиона рублей, ничего не отслеживается.

Юрий показывает мне экран телефона. Действительно, высветилась кругленькая сумма. Тут же фриган вытаскивает из кармана обернутую в бумагу карточку.

— За проезд плачу картой школьника, сейчас пандемия, все в масках ходят, вообще не заметно. Она закончится в сентябре этого года. А на потом у меня уже новая есть. Они постоянно попадаются.

Наш морозный рейд закончился на мусорках, закопанных глубоко в земле, такие обычно ставят у новостроек. И пока прохожие забрасывали новые пакеты, Юрий ворошил мусор селфи-палкой. Это единственная бесполезная в плане заработка вещь, которую фриган всегда забирает себе. Юрий подцепил несколько пакетов и вытащил наружу. Я заметила, что ценный мусор обычно выбрасывают в магазинных толстых пакетах, а не в мусорных мешках. Видимо, к концу помоечного путешествия я начала рассуждать, как заядлый фриган на охоте.

Интересно, что Юрий — не единственный фриган, который зарабатывает на мусоре. Движение, которое изначально позиционировалось, как отказ от участия в экономической жизни, в конечном счете все равно крутится шестеренкой в механизме глобального капитализма?
Человек осматривает курту, найденную в мусоре на предмет нужных вещей

«У нас страна с каждым годом все беднее и беднее. И все больше людей начинает ходить по мусоркам»

Олег (имя изменено по просьбе героя) фриганит около полугода и тоже часто перепродает найденное.

— В чем же фишка? Почему фриганы ищут еду и одежду в мусорных баках? Почему вы фриган?

— Официально идея в том, что у нас общество перепотребления, слишком много товаров и продуктов выпускается и, соответственно, многое выкидывается еще до истечения срока годности. Я начал этим заниматься из-за нужды, потому что на этом можно заработать, продавая товары, которые найдешь на мусорке. Ну и, соответственно, фриганство очень помогает сэкономить на еде.

— Может, проще заработать на эти продукты и вещи?

— Не проще. Хотя зависит от работы, конечно. Я работал грузчиком и заработать на еду было намного сложнее. А так ты прошел ночью два-три часа, заработал, грубо говоря, свою зарплату и нашел себе поесть. Думаю, это лучше, чем обычная работа.

— Насколько опасно брать продукты с помойки? Ведь зачастую выбрасывают просрочку?

— Это опасно, если ты совсем дурачок и не можешь на запах, цвет или вкус определить хороший продукт или плохой. Это три основополагающие вещи, которые ты проверяешь, и там сразу понятно. Даже если продукт просроченный, только на вкус можно понять, хороший он или уже нет. Я еще ни разу не отравился.

— А что самое классное вы находили?

— Хм, недавно нашел шесть банок тушенки 1992 года выпуска. Открыл ее, она абсолютно нормальная. Сейчас питаюсь ей. А самое удивительное и классное — нашел конструктор «Лего» — экскаватор из устаревшей коллекции, который раньше стоил где-то пятьдесят тысяч. Удалось перепродать его за семь. Это моя самая дорогая продажа и находка. А так, самые хорошие находки — это, например, роботы-пылесосы, телефоны. Правда, ни разу не попадались еще ноутбуки или компьютеры.

— Раньше стыдно было покупать одежду в секонд-хендах, потому что она ношеная, а теперь это тренд. Может, фриганство со временем тоже станет трендом?

— Возможно, потому что у нас страна с каждым годом все беднее и беднее. И все больше людей начинает ходить по мусоркам. Я неоднократно замечал, что с каждым годом фриганов все больше и больше. Скорее всего, фриганство станет не трендом, а мерой необходимости из-за какой-то нужды.

Подписывайтесь на «Скамейку» в соцсетях:

Анна Мурашева
Автор
Непутёвая художница и законченная журналистка

Понравился материал?