люди

Актёры «карантинного» театра

Работа в доставке, поиски грибов и радость бытия
«Двадцать пять, двадцать пять — это много или мало?» — на мотив песни «Пять минут». «Вам полагается 25% — это огромная сумма!» — кричал Андрей Миронов кладоискателям в фильме про итальянцев, гоняясь за ними по набережной Невы. Те обрадовались и сдались властям.
А вот петербургские театры, когда власти объявили, что в залах наполняемость не должна превышать 25%, радоваться не поспешили. Конечно, пандемия, безопасность — все об этом помнят и всё понимают. Но как выживать артистам? Ну как-как…

Итак, сегодня у нас в гостях: актриса-курьер, клоун-повар, он же продавец футболок, и актёр, который когда-то подарил голос одному из героев мультфильма «Мадагаскар», а теперь ищет в лесу грибы и меняет их на еду. «Это ещё что. У нас и ездовые академики встречаются», — как говорил папа дяди Фёдора. Говорил, правда, по другому поводу. Но вы же поняли о чём я.

Томасина Москаленко: «Я Марио и знаю, где лежит короткий путь»

Всегда мечтал пообщаться с тем самым Марио из видеоигры. И, наконец, вот она, встреча с кумиром детства. Конечно, Томасина не очень похожа на усатого итальянского сантехника, но она с полным правом может сказать о себе: «Я Марио». Так называется её Инстаграм-проект про бесстрашных доставщиков в жёлтом, которые сквозь дождь, снег и вирус развозят по городу вкусное для самоизолировавшихся сограждан. Вперёд, только вперёд, пускай даже придётся крошить головой кирпич: ни дать ни взять храбрец из мира «Денди». А в конце уровня бонус — настоящая заработная плата.

Свой путь самурая курьера Томасина подробно описывала в соцсетях. Но для «Скамейки» согласилась его немного повторить.

— Есть много шуток про роль «кушать подано», хуже которой для актёра не придумаешь. А тебе удалось её воплотить, причём не на сцене, а в жизни. Как так вышло?

— На путь «Я Марио» меня привело «стечение» времени. Друг, талантливый режиссёр, дал почитать пьесу «Серёжа очень тупой». Герои пьесы — курьеры. Сказал, что хочет, чтобы я приняла участие в дипломном спектакле при режиссёрской мастерской в БДТ. Я прочла пьесу, поняла, что мне интересно. И началась пандемия. Тут у меня возникла идея пойти в курьеры, узнать их кухню, идеологию, мысли. Две недели пыталась устроиться. Не брали.

Мало того, что театры закрыты, так даже в курьеры не берут. В своём профиле в Инстаграм Томасина вспоминает: «В этот момент я даже не знала, что будет со мной в конце месяца, и зачем я живу, когда не нужна, обнулена и обесценена в своей сфере деятельности». Наконец, актрисе повезло.

— Я уже отчаялась в своей способности пройти отбор «жёлтых». Но после долгих тестов меня, наконец, приняли. Это было 12 апреля. Шёл дождь. Свои первые четыре заказа я доставляла в струях воды и в темноте.

Первое время было совсем не сладко. Чтобы было легче, Томасина стала вести дневник.

— Работая, я вела «дневник чувств» курьера. Сначала в Инстаграме, в сториз. Потом втихую — стыдилась, переживала, что ни один молодой человек не посмотрит в мою сторону. А потом появился дневник «ya mario ndex». Он помог научиться видеть в каждом человеке личность, открываться людям, слушать, доверять. Долгое время, находясь в городе в жёлтом костюме, я чувствовала стресс, пугалась каждого подходящего ко мне человека. Но понимала, что дело не в них, а во мне. И что начинать нужно с себя.

В тот спектакль при БДТ, с которого всё началось, Томасина так и не попала. Но в доставке, куда её привела пьеса про тупого Серёжу, продолжает работать и теперь.

— Я не разбогатела деньгами. Зато приключениями, знакомствами, идеями, знаниями про город, про каждый его красивый переулок. Теперь в голове очень много карт и дорог. Я знаю, как и куда можно добраться коротким путём, где какие неровности, где какая архитектура…

Александр Машанов: «Сначала ничего не делал для смеха, а потом втянулся»

Пожалуй, главное отличие Томасины от Марио в том, что она не прибегала к помощи грибов. А вот Александр Машанов к грибам прибегал. И это не то, о чём вы, может быть, подумали.

Проживая в Пушкине, актёр, как и его персонаж из «Мадагаскара», стал ближе к природе. Но если король лемуров Джулиан, который в русской версии говорит голосом Машанова, знал и любил джунгли, русский Александр не теряется в северных лесах. В частности, умеет искать и добывать полезный древесный гриб под названием чага.

— Я переболел ковидом в июне, — вспоминает Александр, — Это было не трудно, лежишь себе и болеешь. Лечился чагой, натуральным противовирусным средством. При участии чаги стали возможны спонтанные практические мастер-классы, которые транслировались в аккаунте на Фейсбуке: «Как собирать грибы», «Как долго ходить по лесу и [ничего] не найти» и прочие. В рамках программы «Чага в обмен на продовольствие» выменял на чагу полкилограмма очень вкусного сыра.

— Но, кажется, самый популярный мастер-класс — «Как ничего не делать», онлайн-интенсив для актёров, которые хотят заниматься ничегонеделаньем на сцене правильно. Он появился как шутка или сразу был расчёт на успех и сбор донатов?

— Ну, внимательный зритель наверняка заметил, что первый эфир моего мастер-класса вышел 1 апреля. И сначала я думал сделать парочку для смеха, но потом втянулся. В результате я провёл больше месяца ежевечерних прямых эфиров, при этом стараясь не повторяться и каждый раз придумывая новые темы, способы, обстоятельства.

— Помню тоже их смотрел, хоть и не актёр: просто было интересно, как человек целый час неподвижно сидит, лежит, в самых разных условиях — есть в этом что-то космическое. Много на ничегонеделанье удалось заработать?

— На самом деле, я никогда не рассматривал это как средство дохода. Внимательный зритель, опять же, заметил, что нигде не указан счёт или другой способ оплаты. Донаты делали, таким образом, мои знакомые и люди, которым удалось узнать мой телефон. Переводы были от 10 рублей до 2000, география тоже самая разная, от городов России до Марокко. Все деньги были потрачены на еду и корм для кошки. Кстати, в начале октября я провёл этот мастер-класс офлайн в Москве, в рамках фестиваля театрального андеграунда «Дно». Кроме того, выжить в этот непростой год мне помогло участие в съёмках рекламы фильтра «Аквафор» и стипендия Союза Театральных Деятелей. Если бы не это, не знаю, что бы я делал.

— Ещё по поводу мастер-класса: понятно, что самое пугающее в ковиде — страх смерти. Если актёр на сцене ничего не делает, то, возможно, по сюжету пьесы он умер. Играть труп, игра со смертью особенно в пандемию — плохая примета?

(Надо оговориться, Александр Машанов так убедительно сыграл смерть в одной из первых серий «Улиц разбитых фонарей», что попал в заставку к сериалу. Долгое время каждый показ «Улиц» начинался с того, что бандиты забегают в магазин и стреляют его персонажу в лицо. Затем звучала знаменитая реплика Соловца: «Андрюха, у нас труп, возможно, криминал, по коням». Теперь вы знаете, кто был тем самым «трупом».)

— Изображать труп — это другое, я про это неоднократно говорил в своих мастер-классах, — не согласился тут Машанов, — И я атеист, для меня нет плохих примет ни на сцене, ни в жизни. Сам факт попадания в ту заставку мне, честно говоря, был пофигу. Потом меня несколько раз хотели ещё раз позвать туда сниматься, но узнавали про этот эпизод и передумывали. Вот это уже, конечно, выбешивало.

— Не секрет, что у вас активная гражданская позиция. Если бы Александр Машанов работал в правительстве, что бы он предпринял для поддержки артистов в период коронавируса?

— Во многих странах мира, например, в Германии, работникам культуры и искусства оказали прямую материальную помощь деньгами, я бы не стал изобретать велосипед. Ну и отсрочка или погашение кредитов, коммуналки и всего прочего. У нас, кроме ограничений и штрафов, мы ничего не увидели.

— Может быть, бюджетные средства просто не получается расходовать эффективнее?

— Расскажу историю. В период карантина я придумал проект в жанре ботаник-арт — «Карантиновая роща». На пустом поле в районе транспортной развязки на Кронштадт я каждый день карантина сажал по дереву, в основном, это были берёзы. Я выкапывал их неподалёку под линией электропередач, где бы их всё равно спилили. Я посадил таким образом около пятидесяти деревьев, они уже вовсю зеленели и на них садились и пели птицы и птички. Потом я заболел и две недели провалялся дома. За это время на поле механическим образом скосили траву вместе с деревьями. Осталось три-четыре пораненных ствола. Вот это к вопросу об эффективности расходования государственных средств.

— Надежда на будущее остаётся? Или эпоха творческой жизни и работы осталась в прошлом?

— Ну, на самом деле, даже на карантине я не сидел совсем без дела. Мы с коллегами сделали онлайн-променад, декстоп-сайт-специфик спектакль «Эскейп фром Таркховка». Сняли пару клипов («Пей, моя девочка», «Мне Бесконечно Жаль») для нашего музыкального кафешантанного дуэта «Ятебятоженет» и записали несколько треков для него же. Я пробовал онлайн-продвижение литературных произведений, мы репетировали новые музыкальные проекты — «Скрипач Томпсон» и Tawagoto to sutikku. Сейчас готовим театральную премьеру — спектакль «Корова». Но в условиях абсолютно непредсказуемых и неадекватных действий властей строить какие-то творческие планы очень сложно. Вся надежда на чудо. Живём, работаем, творим и верим в чудеса.

Александр Бянкин: «Пандемия сложный период для всех: и для актёров, и для поваров»

Кто знаком с сибиряками, тот знает: они не готовят сани летом, потому что вообще никогда не убирают их на антресоль. Ну мало ли. Актёр, музыкант, озорник-клоун и художник Бянкси, он же Александр Бянкин, родом из тех суровых мест. В 90-е по-сибирски панковал, играл в томской рэгги-группе «Танцы с муравьями». В следующем веке перебрался в Петербург, стал артистом «Площадки 51». Но и здесь про «санки» не забыл: ещё до пандемии научился совмещать сцену и кухню, клоунаду и кулинарию.

— Поваром в баре Brimborium я работаю лет шесть уже, — удивляет весь такой творческий Бянкси, —Устроился, можно сказать, по блату. У нас в театре есть актриса Вера Параничева, она всегда работала ещё где-то дополнительно, потому что у нас театр негосударственный, спектаклей не так много, все ищут ещё какой-то заработок. Она работала в этом баре, тоже поваром, и туда потребовался второй повар. Вера знала о моём желании и умении готовить — я с юности удачно справляюсь с пищей, экспериментировать с ней люблю. И опыт в кафе у меня уже был. Вера сказала: «Приходи, попробуй», я пришёл, взяли на стажировку, а потом и работа началась. Так что, это не из-за пандемии я повар. Пандемия, наоборот, помешала — в конце апреля я заболел, достаточно сложно у меня это протекало, полтора месяца пришлось не работать. А потом и все кафе закрылись. Сложный это период, для всех: и для актёров, и для поваров.

— Что было самым трудным во время болезни?

— Была одна неожиданность. Я достаточно оптимистично всегда настроен на жизнь, имею взгляд буддиста на всё происходящее внутри и вовне. Но где-то после месяца болезни я заметил, как понизился тонус, менее стал позитивен настрой. Говорят, этот вирус — некая форма депрессии. Это я испытал на себе. Спасался творчеством — начал резать куколки разные деревянные, поделки. Когда работаешь с острыми предметами, ножами, «заточками» разными, дополнительная внимательность присутствует, нужно быть аккуратнее, спокойнее. И уже не так чувствуется протекание болезни.

— Тогда же появились футболки с авторскими рисунками, которые продаются в контакте под маркой «Бянкси»?

— Да, тогда начал. Я и раньше постоянно занимался дизайном одежды, разрисовывал, принты делал. Ну и вот футболки стал рекламировать в соцсетях. Покупатели нашлись. Правда, этим я занимаюсь не очень активно, но, если делаю что-нибудь, размещаю. Кто-то напишет: «Хочу такую футболку». Я улыбнусь в ответ, скажу: «Хорошо» и за какую-нибудь небольшую сумму сделаю. Либо отправлю в другой город, либо при встрече передам.

Признаться, я и сам не устоял — летом заказал футболку с Бабушкой, героиней одноимённого спектакля, который Бянкси сам написал, сам поставил и сам играет на «Площадке 51» вместе с «дедушкой», Александром Борисовичем Лучшим. Надел и отправился «по Руси» на поиски счастья. Счастье нашлось, не иначе Бабушка помогла.

— То, что ты носишь футболку с Бабушкой — это очень хорошо, —одобрил Бянкси, — Я верю, что, когда рисую, вкладываю позитивный посыл, искренний достаточно, честный, это я не кривлю душой. И, может быть, все вместе эти энергии порождают хорошие ситуации.

— Много на этом удаётся зарабатывать?

— За футболку рублей 300−400. На эти деньги, конечно, можно что-то купить. Но много ли? Сами понимаете. В общем, немножко я повар, немножко актёр. Совмещать удаётся, особенно сейчас, когда в месяц четыре спектакля, самое большое — пять. Да и много работать не хочется. Почему-то. Ещё картины продаю — я давно пишу картины, бывает, их тоже кто-нибудь купит. Нечасто, но случается. Они тоже есть в соцсетях или у меня на сайте.

— Может, если пандемия станет сходить на нет, Бянкси в театре станет больше?

— Я думаю, теперь я уже нечасто буду появляться на подмостках театральных, потому что уже давно не занимаюсь продвижением себя. Для меня это сейчас не серьёзно. Серьёзно это было в юности, когда я вкладывал в музыку всю душу. Мне так казалось. А теперь просто теплится огонёк творчества. А в творчестве результат не всегда такой, как ожидаешь. И сам процесс в творчестве не менее важен, а иногда даже важнее. Может, этот процесс и есть жизнь. Всегда можно что-то взять в руки, например, ножичек и начать вырезать фигурки. Или карандашик или ручку и писать. Если что-то ещё будет происходить, в театре, в мире — будет хорошо. А если не будет, будем что-то другое делать. Или просто сидеть на полу на подушечке, сложив ножки, — ничего страшного. Здоровья всем, мира. И ничем не обусловленной радости бытия.
Глеб Колондо
Автор
Драматург, журналист, энтомо-культуролог, лененист

Понравился материал?