Искусствовед Аминаа Машбат: «Петербург — как мужчина: вначале ты влюбилась и идеализируешь, а потом видишь и недостатки. Но любишь от этого даже больше»

ЛЮДИ
В 2019 году Аминаа Машбат приехала в Северную столицу из родной Монголии, чтобы написать магистерскую диссертацию в Академии художеств имени И.Е. Репина. Когда-то этот вуз окончили её бабушка и мама. Чем настоящий Петербург отличается от рассказов её родственников? Легко ли монгольской девушке два года жить на другом конце света от родных степей? Мы поговорили с будущим магистром искусствоведения об образе Города на Неве, вежливых петербуржцах и трудном русском языке.
Как давно ты живёшь в Петербурге?

Второй год. Я приехала 23 сентября 2019 года. Помню, как вышла на Московском вокзале и думаю: «Вот он, город моей мечты! Наконец-то я сюда приехала».

А раньше ты не бывала в нашем городе?

До этого я пару раз была в Петербурге как туристка: ездила в Петергоф, ходила в Эрмитаж... Всегда останавливалась в центре и у меня было впечатление, что это имперский, сказочный город. Но, конечно, в жизни это оказалось немного по-другому. Я не говорю о разочаровании, но Петербург очень разный. Раньше я приезжала только в тёплое время года, а когда живёшь тут постоянно — у тебя совсем другие отношения с этим городом. Мне кажется, отчасти я стала понимать и Есенина, и Ахматову, их сентиментальные строки. И я теперь могу сказать: Петербург — не для всех.

Но для тебя?

Но для меня — да.

Что здесь нравится, а что ты хотела бы улучшить? Например, из городской инфраструктуры.

Ой, я не привередливый человек. Монголия только начинает развиваться, в ней нет многих достижений из тех, которые есть в Петербурге — ну хотя бы метро. В Улан-Баторе нет подземки, и мы можем стоять в пробках по пять часов... Но монголы очень терпеливые! Мне кажется, некоторые петербуржцы недооценивают свой город.

Что тебя удивило в городе, когда ты впервые сюда приехала?

В первый раз удивляло всё, от архитектуры до вежливости людей. Помню, стояла в очереди в Эрмитаж, и передо мной стояла девушка. Она говорит: «Простите, я отойду на 15 минут» — «Хорошо». И через 15 минут она приходит обратно и говорит: «Спасибо за то, что вы смотрели за моей очередью, но я сегодня не могу посмотреть Эрмитаж. Хорошего дня», — и ушла. То есть она пришла поблагодарить меня за то, что я просто стояла на своём месте.

Кстати, а тебе нравится только парадный Петербург? Потому что тут есть совсем другие районы: заброшенные фабрики и заводы, советские панельки, таинственные пустыри...

Конечно, это тоже своеобразная эстетика. Мне иногда нравится ходить по таким районам и слушать Виктора Цоя — почему-то его песни очень хорошо идут в таких случаях. И вот ты его слушаешь и чувствуешь былую красоту, ушедшую историю, имперскую мощь, которой уже нет. Но мне кажется, что такие места воспринимаются только на контрасте с отреставрированными зданиями.

А какая твоя любимая песня Цоя?

«Спокойная ночь». А ещё люблю группу ChernikovskayaHata.

Сталкивалась ли ты со словом «обрусение»? В Петербурге это давняя история: приезжал финн, немец, татарин, постепенно начинал слушать русскую музыку, говорить по-русски, а потом и думать по-русски. И потомки всех этих людей уже считают себя русскими.

Мне кажется, я обрусела с самого детства. Потому что одна из моих прабабушек была русской, я чувствовала русский дух, русскую литературу уже в Монголии и у меня был свой мир представлений о России. А когда я приехала, меня немножко разочаровало отношение самих русских к России. Даже обычный таксист жалуется, как тяжело в России жить, он хочет попасть в Финляндию, в Европу. Но люди мало задумываются, а каково быть совсем другим, насколько ты можешь европеизироваться в другой, неродной среде. Так как я воспитана на русских идеалах, для меня всегда больно, когда русские плохо говорят о России. Например, когда люди плохо отзываются о параде 9 мая — мол, много денег на это тратится, надо только скорбеть, а не бухать. Но забывают об идейной части праздника! Для любой национальной самоидентификации нужны ценности, и как раз 9 мая создаёт эту русскость. Не в смысле национализма, а когда Россия заявляет себя миру как большой медведь, который всех защитит. Мне эта идея очень нравится.

Если уж зашла речь о Великой Отечественной войне, а твои дедушки, прадедушки воевали?

Два брата моей русской прабабушки воевали, да. Они пропали без вести на войне.

Была ли ты в других городах России и чем Петербург отличается от них?

Из российских городов я ещё была в Москве. По-моему, тут люди вежливее, культурнее москвичей. Даже взгляд на жизнь более уравновешенный, спокойный, нет вот этой гонки.

3 твоих любимых места в городе.

Во-первых, мне очень нравится проспект Стачек — там есть такие полуарки, от которых создаётся сюрреалистическое впечатление. Люблю Кировский район — там как раз эстетика забвенности и советской индустриализации. Во-вторых, люблю Академический сад, который находится рядом с моим общежитием, в нём можно кататься на лошади. А ещё в нём здание скульптурной мастерской с колоннами, где работают мои друзья-скульпторы. Там можно поставить столик, стул, сидишь — и чувствуешь себя настоящим аристократом, будто это твоё поместье и твой парк, а люди — просто пришедшие. И в-третьих, всем обязательно советую посетить библиотеку нашей Академии! В РНБ сейчас уже сплошные компьютеры, а в нашей — всё по-старинному: ты должен взять листочек, написать шифр книги, искать её в шкафчиках. Всё не в цифровом виде — и это так кайфово!
Как получилось, что ты православная?

Это было одиннадцать лет назад. Мне было 18, я была рокером и жизнь казалась бессмысленной. И я начала задумываться, кто бы мог ответить на мой вопрос, в чём смысл жизни. Свои ответы есть в философии, в религии. Я много читала, и мне понравилось в православии, что это самое традиционное христианство, которое многое сохранило с древности. В моей семье все буддисты, но кардинальное отличие от буддизма меня и привлекло. В Улан-Баторе есть единственный православный храм, куда я и пошла. Мне помог священник и русские бабушки. Им задаёшь вопросы — и они всегда отвечают.

Общаешься ли ты с другими монголами в Петербурге?

Недавно как раз открылось консульство Монголии в Питере. Иногда там бывают собрания монгольских студентов, но нас из-за пандемии сейчас осталось тут всего где-то 40 человек. И ещё я общаюсь со своей соседкой, которая тоже монголка, и со знакомым скульптором, с которым мы вместе учимся. Этого пока достаточно, потому что ведь есть потребность разговаривать на родном языке.

Как красивая девушка, сталкиваешься ли ты с повышенным вниманием местных мужчин?

Иногда таксисты ведут себя очень откровенно, но они сами из Киргизии, из Таджикистана. Наверное, они смотрят на меня как на более близкую к ним по своей культуре и национальности. Это бывает грубовато: свистят, дёргают. А русские — ну разве что иногда просят с ними сфотографироваться, когда я иду в национальной одежде. Причём не только мужчины, но и женщины.

А ты часто гуляешь в национальной одежде? Не в смысле с каких-то мероприятий идёшь, а просто так?

Да, иногда бывает, что просто так.

Чем российские парни отличаются от монгольских?

Ответственностью. Наши монголы слишком спокойные, а русские мужчины лучше умеют ухаживать: дарят цветы, приглашают в кино, в театр. Я очень хочу, чтобы эта культура сохранилась, потому что есть сейчас плохое влияние... Мне кажется, это очень хорошая черта у русских мужчин, когда ты приглашаешь девушку на кофе и ты платишь за этот кофе. И не так, чтобы это дурацкое 50х50 — женщина даёт тебе возможность почувствовать себя мужчиной. И мужчина так показывает свою маскулинность.

Как ты относишься к феминизму?

Я вообще антифеминист!

А феминистки говорят, что борются за то, чтобы у женщин были такие же большие зарплаты, как у мужчин.

Лучше иметь мужчину с большой зарплатой, чем самой иметь большую зарплату.
Разумно! Какие книги о Петербурге ты читала и какие из них самые любимые? Отличается ли город в реальности от образа города в книгах Гоголя или Достоевского? Чем?

Про Петербург я читала у Гоголя — и мечтала посмотреть на Невский проспект. Но понятное дело, что сейчас уже всё совсем другое.

Многие говорят, что русский язык очень сложный, есть даже известный мем — девочка читает учебник русского языка и плачет. А так ли это для тебя?

Мы с прабабушкой часто смотрели сериалы на русском — таким образом, я в детстве могла что-то понять на русском, но говорить ещё не умела. А в 18 лет начала ходить в православную церковь и уже там начала общаться с русскими бабушками. Потом приехала в Россию. Я думала, что говорю на русском, читаю на русском, слушаю и всё понимаю. Но учиться в Академии и писать на русском — это оказалось совсем другое... И если год назад я могла сказать, что говорю по-русски, то теперь понимаю, что не знаю даже 50% языка. В научном тексте бывает тяжело выразить свои идеи.

А думаешь ты на монгольском или на русском?

Только на монгольском, но есть одно исключение. Почему-то во время молитвы я всё время переключаюсь на русский.

Что бы ты посоветовала юношам и девушкам из других стран и городов, которые тоже хотят приехать учиться в Питер?

Обязательно берите с собой тёплую одежду! Особенно если вы приедете из сухого климата: здесь совсем другой холод. А ещё — когда я уезжала, то решила как можно больше времени проводить с родными, с друзьями, и не уделила должного внимания складыванию чемодана. А его надо было готовить месяц, чтобы подобрать все нужные вещи. Думаешь: приедешь — всё купишь, а ты же даже не знаешь, где там магазины... Например, у меня 34 размер обуви — и бывает очень сложно найти подходящую. И конечно, надо понимать, что погода в Петербурге будет действовать на вашу психику. Дома я никогда не думала, что четыре дня, а то и неделю небо может оставаться серым. У нас такое максимум на полдня — и потом солнышко выходит. И ещё: не рассчитывайте на медицинскую страховку от вуза, лучше внимательно прочитать условия договора и выбрать её самому. А то у меня было впечатление, что по моей страховке врачи приедут только после моей смерти.

Сталкивалась ли ты с проявлениями ксенофобии и национальной нетерпимости в Петербурге?

Мне кажется, это всё выдумки, в русских очень укоренён интернационализм. Даже наоборот — ко мне как к иностранке внимательнее относятся. Меня давно предупреждали о всяких скинхедах, но, по-моему, это уже давно отжившая тема и я никогда с ними не сталкивалась.
Про что ты пишешь диплом?

Я пишу про своего прадедушку Уржингийна Ядамсурэна, он был первым народным художником Монгольской Народной Республики и одним из первых монголов, которые получили в России художественное образование. Он очень знаменит в Монголии и считается одним из корифеев монгольского искусства. И я как раз пишу о том, как на его творчество повлияло русское искусство и российская художественная школа. Эта тема оказалась очень сложной, потому что все говорят, какой это был великий художник, но дельного искусствоведческого исследования про него не хватает.

Твои мама и бабушка тоже учились в Академии художеств, но они вернулись в Монголию. А ты планируешь возвращаться или хочешь остаться тут?
Я мечтаю о такой работе, которая позволит мне «воевать на два фронта» и многое делать для Монголии. Просто Петербург и Россия для меня — идейный источник, тут я впитываю в себя всё. Я хочу быть таким передающим звеном между нашими культурами, как такой мостик. Здесь, в России, учиться, а в Монголии — работать. Хочу ли я остаться? Пока не могу сказать.

Какой ты видишь свою миссию как искусствоведа? В чём цель твоей профессиональной деятельности?
Искусствовед — это действительно мост между миром художников, научной деятельности и миром других профессий. Я выросла в семье художников, но сама не рисую. Сейчас я в научной среде, но не вижу себя деятелем науки, который не выходит из библиотек. Я хочу стать человеком, который все научные достижения может передать простым языком для обычных людей.

3 твоих любимых художника.
Крамской — это свет, вообще русское искусство очень светлое. Из «плохих», «чёрных» — Гюстав Моро. Я была во Франции в его музее, и он меня так заворожил своей дьявольской силой, что я до сих пор не могу забыть его полотна. А третий — банально Сальвадор Дали, знакома с его работами с самого детства. У меня с ним личные отношения, можно сказать.

В какое время года Петербург тебе нравится, а в какое не очень?
Мне здесь нравится осень. У нас на родине осени как таковой нет: поскольку климат резкоконтинентальный, сразу падают листья и начинается зима. А здесь я впервые увидела, как красивы золотые листья. Лето — это всегда суета, деятельность, летом ты всегда взбудоражена. А осень — такое время, когда можно думать, сконцентрироваться на себе, углубиться в себя. Время созерцательности.

Как изменился Петербург за те два года, что ты тут живёшь?
Город не изменился — я изменилась. Для меня Петербург как мужчина: вначале ты влюбилась и идеализируешь, он для тебя самый красивый и самый умный. А потом ты видишь и недостатки, когда его лучше узнаёшь, но любишь от этого даже больше.

Фотограф Арина Горшенина

Читайте на «Скамейке» о невероятных приключениях аргентинца в Петербурге и о педагоге из Петербурге, которая побывала под арестом в Китае.

Подписывайтесь на «Скамейку» в соцсетях:

Дмитрий Витушкин
Автор
специально для «Скамейки»

Понравился материал?